Балетная фестивальная арена

Культура09 июля 2007 года

Осознание того, что Фестиваль Израиля вот-вот настанет, пришло неожиданно. Казалось бы, до его открытия еще месяца два, есть еще время решить, на что идти, куда и когда. Но время бежит быстрее, чем мы собираемся с мыслями, так что я в первую очередь выбирала балет. 

Три программы на «Балетной арене»

Ира Долев и Амит Голденверг

Ира Долев и Амит Голденверг

Несколько лет назад мне привелось спросить двух молодых израильских хореографов – Анат Даниэли и Ноа Дар – почему они и другие израильские танцовщики и балетмейстеры не объединяются в амуту (общественную организацию). С одинаковой обидой обе (вне зависимости друг от друга) ответили: «потому, что это не получится и никому не нужно». Но ситуация изменилась, израильские балетные деятели объединились в амуту и вместе с Фестивалем Израиля развили бурную деятельность, продолжающуюся уже второй год, торжественно поименованную «Балетной ареной», на которой в этом году представят три программы, срез израильского танца. Из патриотических чувств представления «Балетной арены» будут устроены для всех – под открытым небом, на площади перед «Театрон Иерушалаим».
Коли под небом, под звездами и луной – значит нам обещан ночной «экшн» от семи ансамблей, каждый из которых покажет премьерные работы. Каждая программа на «Арене» – часовая. Вокруг, до и после выступлений, предлагают горячие бейгеле. И, несмотря на наступающую жару, вечерами, в конце мая – начале июля, когда пройдут эти сборные балетные программы, Иерусалим источает прохладу.

Первая программа

В первой части программы спектакль: «Уличный фонарь», в котором участвует танцовщица Анат Шамгар, саксофонист Альберт Берг и виолончелист Юваль Маснер. Идея – как выразить себя через танец, через музыку, через то и другое одновременно, встретившись на улице, в кругу света от фонаря (ну просто Блок с его бессмертным «Ночь, улица, фонарь…»).

Вторая часть программы – «Окно». «Окно» поставил Нимрод Фрид в сотрудничестве с танцовщиками тель-авивского центра «Тами». На сцене: гитарист, ударник, танцоры. «Окно» открывается по задумке создателей спектакля «внутрь», то есть из зала на сцену из мира быта и бытия в мир танца. Фантазии хореографов двухтысячных годов, забывших о чувствах, но не о сатире и горьком скепсисе. Много лет Нимрод Фрид жил и работал в Нью-Йорке, куда был приглашен известной японской балериной и хореографом Кей Такей, с которой выступал в США и Японии. Его ансамбль «Тами» – группа не только танцоров, но актеров и музыкантов, хотя главная движущая сила ансамбля все-таки, простите за тавтологию, именно движение. Действие закручено вокруг танца, все остальное – маски. Работы Нимрода Фрида в исполнении ансамбля «Тами» ставились на различных фестивалях в Израиле и в Европе, и еще почему-то популярны в Индии.

Ноа Дар – самая старшая из молодых хореографов, свой ансамбль основавшая еще в 1993 году и с тех пор поставившая столь немало работ, что когда речь заходит о молодой израильской хореографии, в первую очередь упоминают именно ее – заслужила.

Анат Даниэли – выпускница академии танца в Иерусалиме, танцевала у Марса Каннигхема в Нью-Йорке, по возвращению в страну ставила работы для танцевального ансамбля «Бат-Шева», ансамблей «Муза» и «Кольдмама», снова ездила в Америку работать на различных фестивалях. В некий момент, как-то случается со всеми талантливыми людьми, почувствовала тягу к самостоятельности и в 1993 году основала свою труппу, выступала с ней в Японии, Голландии, Германии, США, Португалии, Швейцарии. Международная карьера не мешала израильской. Билеты на спектакли Анат Даниэли распродаются мгновенно.

Вторая программа также состоит из двух работ. Первая – новый спектакль Анат Даниэли. Вторая – «La Familia» Йорама Карми и его ансамбля «Фреско», им же основанного в Холоне в 2002 году и выпустившего за прошедшие четыре года несколько заметных работ («Бункер», «Росток»). «La Familia»: одно пространство, два кресла, трое исполнителей, четыре птицы и борьба за место под солнцем. Точнее, поскольку «арена» освещена только вечерами, – под луной.

В третью программу включен новый балет Ноа Дар; премьера Иланит Тадмор «Я слушаю – ты слушаешь» – дуэт в стиле театральной притчи о редкой способности слышать собеседника, способности, которую человечество постепенно утрачивает. Под занавес – «Де Де» Яары Долев и Амита Гольденберга в исполнении ансамбля «Де Де Данс». Кредо ансамбля – чистое движение. Чтобы оправдать такое одностороннее увлечение, в программке сказано, что новый балет «Де Де Данс» посвящен человеческим отношениям, а что же им не посвящено? Так что чистое движение, абстракция без экивоков литературе. Чтобы действие-движение стало еще ярче, «Де Де Данс» сопроводил его мультимедией и видеороликами, красоты которых будут проецироваться на немалых размеров экран между сценой и небом.
В хореографической амуте Израиля на сегодня состоят 37 хореографов и групп. На фестивале выступят только те ансамбли, которые не участвовали в последнем фестивале «Занавес поднимается».

«Зачарованный принц» – еще одна программа израильской современной хореографии. Это специально к фестивалю поставленный балет ансамбля Нира Бен Галя и Лиат Дрор, также приглашенных на «Арену». Музыка – электронная, танец – от нутра, от земли, от души. Лиат Дрор и Нир Бен Галь начинали когда-то, лет 10 назад, как пара независимых танцоров на одном их первых фестивалей израильских хореографов «Оттенки танца», очередной из которых проходит в Тель-Авиве с 9 мая.
Тема балета – банальная, потому – неразрешимая и непростая, куда сложнее, чем тема первой давней совместной работы Лиат и Нира «Двухкомнатная квартира», получившей главный приз на фестивале «Оттенки танца» в 1987 году, и позже на международном балетном биеннале во Франции. Свой собственный ансамбль под собственную разработанную технику и видение искусства они создали в 1991 году. Потом была работа, балеты – спектакли, а после тель-авивской премьеры – нашумевшей постановки «Dance of nothing» – Лиат Дрор и Нир Бен-Галь перебрались в Негев, уже там поставив такие известные спектакли как «Адама» и «Весна священная».

Из юных дебютантов они выросли в более чем уважаемых деятелей культуры, духовных гуру определенной прослойки особой закалки израильтян, перебравшись сначала из кибуца в центр страны, а затем – из Тель-Авива в Мицпе-Рамон, где уже не первый год учат заезжих визитеров правильно двигаться, дышать, разговаривать и молчать, жить в полном единении с самими собой и природой, создавая благоприятную обстановку для искусств в пустыне. Лиат Дрор и Ниру Бен-Галю создали собственный ансамбль, участники которого их замысел воплощают с отточенной техникой и с правильным осознанием сущности движения. Танец в центре пустыни стал для них знаком единения с природой. Но на сей раз ансамблю придется выказать солидарность с камнями Иерусалима. Таланту подвластно все, и пустыня, и камни, так что «Зачарованный принц» будет показан на площади перед театром.

«Зачарованный принц» похож на сказку или на рассказ о любви, где обязательно присутствует принц, или девушка, о принце мечтающая, или сама мечта, или ожидание мечты. Принц появится в нужную минуту, протянет руку помощи, а потом надо будет все-таки собраться с силами и самим разобраться, что к чему.

Помимо израильского молодого балета на фестивале, как то и положено на международном, будут иностранные гости: маститые, именитые и попроще. Из Австрии приезжает ансамбль Эдиты Браун («Editta Braun Company») с балетом «Luvos» для пяти танцовщиц. Эдита Браун – это чистый модерн-данс-театр , популярный как у нас, так и в Японии, Индии и во многих странах Европы. Об австрийской танцовщице и ее трупе с большим восторгом отзывались коллеги и зрители, журналисты. Еще бы! Пять обнаженных (на деле – в тесных трико телесного цвета, закрывающих даже лица) танцовщиц, кувыркающихся с большим мастерством и завидной гибкостью на ковре из множества мелких красных мячиков, выглядящих как галечное покрытие. Танцовщицы двигаются, танцуют на этом "песке", создавая из своих тел, рук, ладоней, ног, ступней, голов (мимика отсутствует – лица спрятаны) фантастические существа, ассоциативные образы – эротичные, красивые, необычные. Вот такой "красный песок" с телами на нем, распростертыми или сжимающимися под электронную музыку французского композитора Тьери Забуатафа. Все вместе напоминает генную инженерию, а сама Эдита Браун сознавалась, что всю свою почти двадцатилетнюю творческую карьеру она борется балетными и театральными средствами – экспрессивными, поэтическими и с чувством юмора – с тем, что приносит в мир страдание и разрушает его.

Еще одни гости из Австрии – Крис Харинг и группа Liquid Loft с проектом для двух танцовщиков «Скатай мне суши». Чтобы настроиться на правильное восприятие этого балета, надо абстрагироваться от какого-либо понятия о балете вообще, представить себе, что вы не в концертном зале, а в суши-баре, выбираете, что бы заказать, и наблюдаете за тем, как настоящий японский шеф крутит для вас суши. Но это еще не все. Суши – это только один из мотивов, одно из правил сложной игры. Спектакль – составной: танцовщики катаются по сцене, сдирая одежды, как слои водорослей нури с рисового колобка, на видеоэкранах прокручиваются японские комиксы манга, звуковой ряд напоминает скрип костей и извилин, синхронизация между звуком и движением – точнейшая. Все вместе зрелище гротескное и смешное – зрителям нравится. Но это не модернистский балет, и даже не постмодернистский, а пост-пост-модернистский со своей не всеми еще принятой философией, игрой и использованием медиасредств.

Сentre Сhoreographique National de Caen

Из Франции, несмотря на то, что, казалось бы, вся французская элита (страна) должна быть в Каннах на юбилейном кинофестивале, именно из Канн приезжает на фестиваль в Иерусалим ансамбль Хореографического Национального Центра (Сentre Сhoreographique National de Caen) с двумя работами – «Танец Пайза» и «Васла». Обе работы – о положении мусульман в Европе. «Танец Файза» – дуэт двух мужчин, а «Васла» – женское соло танцовщицы и хореографа Сentre Сhoreographique Хелы Фатуми, которую все дружно (сила, экспрессия, чувственность, физическая подготовка, техника) нахваливают. Видно, этот вечер призван объяснить, что такое культура эмигрантов из мусульманских стран, осевших в Европе. Фламенко, а чтобы было точнее и понятно, то flaMENco, мужская фламенковская компания, группа из Испании, состоит из семи братьев по фамилии Виванкос, один другого краше, лучше, умелее, пригоже и талантливее, а также трех музыкантов и одной певицы. Одна певица на десять мужчин, и у каждого, как оно свойственно деятелям искусства – немалое самомнение, так что пение ее страстно и жалобно. Ансамбль сформирован только в 2005 году, до этого каждый брат из семейства Виванкос танцевал в различных ансамблях. Сейчас у тех, кто видит их танец, не остается сомнений в том, что фламенко – это мужское искусство, танец мужественности. Дамам остается только махать подолами сборчатых юбок в горошек. Такой танец помогает двигаться по жизни дальше, придавая необыкновенную энергию каждому, кто его видел. Братья обучались фламенко с детства у своего отца – известного танцора и музыканта. Вслед за отцом катались по миру: Испания, Голландия, Англия, Канада, США. Семь братьев, семь стран, каждый говорит на семи языках. Все они учились в школе искусств, основанной их отцом, где обучали музыке, театру, цирку и боевым искусствам. Затем все они изучали балет в высшей хореографической школе в Барселоне. Каждый из них достиг вершины карьеры в различных группах танца, а потом они дружно вернулись к корням и друг к другу, основав собственную семейную труппу. Красивый рассказ, чувственный танец -зрелище необычайной красоты.

Dansgroep Krisztina de Chatel, Compagnie Salia Ni Seydou

Испания расположена между Северной Африкой и Центральной Европой. Так что логично после балета испанского перейти к совместному хореографическому проекту «Земля» («Tando») танцевальной группы Кристины де Шатель из Голландии и «Ансамбля Салии и Сейду» (Dansgroep Krisztina de Chatel, Compagnie Salia Ni Seydou) из Буркина Фасо. Европейский танец и африканские пляски на круглой сцене, посыпанной мелким белом песком, так по-детски приятно скрипящим под босыми ногами исполнителей.

Кристина де Шатель – хореограф поколения Пины Бауш, закончила в одно с ей время высшую школу «Фолькванг» в Эссене. Но, в отличие от Бауш, искавшей в танце эмоциональное освобождение, Шатель стремилась к строгости формы, отталкиваясь от принципов Марты Грэхем, и даже преподавала технику Марты Грэхем в балетных академиях Амстердама и Роттердама.
В 1976 году Кристина де Шатель показала в коридоре Амстердамской танцевальной школы спектакль-соло на музыку композитора-минималиста Филиппа Гласа. А в 1978 году создала танцевальную группу «Dancegroep Krisztina de Chatel», в состав которой вошли ее ученики.

Для Кристины де Шатель одинаково важны визуальный образ спектакля и музыка, которые часто диктуют характер движений, задают танцевальную лексику. Кристина де Шатель исследует механизм движения во времени и конкретном пространстве, выбивая энергию танца из повторяющихся однообразных движений, создавая царство чистого, механического движения, как-то даже позволив компьютеру стать главным героем своего спектакля, когда находящаяся на сцене танцовщица лишь монотонно повторяла несколько движений, а основную интригу составляли вращающиеся вокруг нее экраны, на которых с разной скоростью отражались ее движения.

Она может поместить танцовщика в колбу из луча света, ограничив его свободу и максимально усилив выразительность танца. Теперь представьте эту холодную механику в сочетании с африканской чувственностью и шаманским трансом. Вместе с Шатель над постановкой работали два африканских хореографа из Буркина Фасо. Опять сосуществование, но видно все к этому идет. Балет «Земля» производит сильное впечатление, не в последнюю очередь благодаря харизме и обаянию танцовщиков – четырех африканцев и шести голландцев.

Маша Хинич