Гость Израиля – «Complexions Contemporary Ballet»

Культура10 марта 2008 года

Полное название ансамбля современного танца из Нью-Йорка, планирующего гастроли в Израиле во второй половине марта – «Complexions Contemporary Ballet» – «Комплекшэнс – современный балет». Complexions означает: виды, аспекты. Все виды и аспекты современного танца, гениально поставленные и исполненные хореографом ансамбля Дуайтом Роденом и известнейшим танцовщиком Дезмондом Ричардсоном.

Оба – бывшие солисты труппы Элвина Эйли, его питомцы, то есть оба – чернокожи, талантливы и ни перед чем не останавливаются, если дело касается современного танца. Силу энергии обоих сравнивают с кипящей лавой. Им не мешают условности, аксиомы движения и законы сцены: Роден и Ричардсон изобретают все заново.

Так что продолжим удивляться – кто еще готов удивляться балету. «Complexions» – балет яркий, неожиданный, от привычного израильского отличный во всем. Внимание уделяется внешнему лоску, чистоте линий, виртуозности. Наболевшие политические проблемы и философские вопросы на сцену не выносятся – речь идет об аспектах движения и танца, скульптурной красоте тела и силе зрелища. Судя по восторгам, вызванным предыдущими гастролями «американцев» – ансамблем «Пилобулос» – красота ради искусства и искусство ради самого себя все еще котируются.

Энергия танца этого ансамбля заразительна, может даже чрезмерна, зашкаливает. Впрочем, в Нью-Йорке многое чрезмерно: цены в ресторанах, рабочие часы, количество людей в метро в час пик, расстояния и даже высота небоскребов.

Может, кому-то покажется чрезмерной и виртуозность Дуайта Родена и Дезмонда Ричардсона, работавших вместе не только на балетной сцене, но и с Мадонной, Принсом, Лени Кравицем. «Complexions» возник из той же чрезмерной, как и все в Нью-Йорке, смеси культур – этнической и пряной, смеси кино и фотографии, телевидения и моды, театра и музыки. Из той смеси, которая могла зародиться только в большом городе, где нельзя не быть эксцентричным – не заметят.
Хлеба и зрелищ – лозунг империи Манхэттена, образ жизни, путь к славе, благодаря чему и возникла труппа «Complexions», танцоры которой демонстрируют невообразимые кульбиты под поп-музыку, песни Нины Саймон и этюды Шопена.

Дуайт Роден и Дезмонд Ричардсон придумали сначала буйную концепцию «Complexions»: «Танцуйте, если вы разбиты и связаны, танцуйте в своей борьбе, танцуйте, если вы абсолютно свободны!», а потом под нее набрали исполнителей, и случилось это в 1994 году. Может, именно благодаря цепям и свободе, Родена считают хореографом, придумавшим новый сценический и визуальный язык движения. Ансамбль впитал сам дух Нью-Йорка, его бурлящую натуру, гремучие смеси классики и брейк-данса, джаза и рока, танца уличного и на пуантах (в Нью-Йорке все еще чтут традиции русского классического балета). Урбанистический балет и желание выделиться требуют тяжелых занятий, многолетних тренировок, в результате чего в «Complexions» танцуют исполнители атлетического сложения, с легкостью застывающие на пуантах и исполняющие разнообразный репертуар.

Дуайт Роден начал танцевать в 17 лет: для классики поздно, для модерна еще возможно. В то время, как он изучал драму, он начал танцевать в ансамбле современного танца в Монреале и группе «Дайтон», позже стал солистом у Элвина Эйли. Создав «Complexions», сегодня одну из самых популярных групп в мире современного балета, он тем самым создал свою хореографию, поставив позже спектакли и для других ансамблей – более 60 работ – в том числе и для «Нью-Йорк Сити Балле» и хореографического ансамбля Гарлема. Ставил хореографию для кино и театра, для уже упомянутых шоу Принса, Мадонны, Патрика Суэйзи и других. Хореографию Родена («говорящая фамилия» ко многому обязывает, и он с этими обязательствами прекрасно справляется) относят к «третьему направлению» в мировом балете. Первое – классический балет (Петипа, Баланчин), второе – танец модерн (Марта Грэхэм, Марк Моррис) и третий – путь, когда оба направления взаимодействуют друг с другом. Классический балет и танец модерн влияют на развитие «третьего направления», но последнее продолжает развиваться, не влияя на первые два. Роден использует при создании своей хореографии как школу классического балета, так и пластику танца модерн, и даже акробатику, смешивая в своих композициях все со всем – черный джаз с белым модерном, латиноамериканские страсти с классической строгостью, свободу с энергией, скоростью, гибкостью и эмоциональностью.

Дезмонд Ричардсон танцевал не только у Элвина Эйли, но и у Уильяма Форсайта – достаточные рекомендации, чтобы поверить цитатам из статей, описывающих его как «самого способного, блестящего, выдающегося» и далее. Ричардсон – ведущий солист «Complexions», остальные исполнители подтягиваются на его уровень, танцуя всем телом, руками, пальцами, глазами, волосами. Каждый его жест – осмыслен и пластичен. Он чрезвычайно талантлив, знает об этом, гордится этим и умеет преподнести себя зрителям не только на нью-йоркской сцене, но и на сценах Миланского и Шведского Королевского оперных театров. Он выступал с выдающейся джазовой исполнительницей Ареттой Франклин, участвовал в фильме «Чикаго», а сейчас еще и играет в постановке «Оборотень» в Лос-Анджелесской Опере. Недавно был награжден призом имени Элвина Эйли «за вклад в современный балет». Дезмонд – танцовщик уникальный. Он сам по себе является произведением искусства и образцом абсолютной артистичности.

«Complexions Contemporary Ballet» даст спектакли в рамках абонементного цикла «Махоль бэ-Мишкан» в Тель-авивском Центре сценических искусств, а также в Хайфе и Иерусалиме с 21 по 27 марта.

Как и гастрольная программа «Пилобулоса», программа «Complexions» в Израиле состоит из нескольких номеров, все в хореографии Дуайта Родена: DEAR FREDERIC (2007) на музыку Шопена, GONE (2000)- мужское трио на музыку Вира Хола, GRAVITY (2007)на музыку Джона Майера, LAMENT (2000)– соло Дезмонда Ричардсона на музыку Кэролин Вортингтон и Чарлза Джуниора, MOODY BOOTY BLUES (2006) на музыку Рои Бьёкан, Мади Уотерс, Сон Хаус и Стил Рэй Вон, LUX(2007)на музыку Эрика Витакера и PRETTY GRITTY SUITE (2004)- постановка для всей труппы на песни Нины Саймон.

Маша Хинич