«Космос» Гомбровича и Ежи Яроцкого

Культура30 мая 2007 года

В рамках года Польши на Фестивале Израиля в Иерусалиме пройдут гастроли Варшавского народного театра со спектаклем «Космос» по последнему роману Витольда Гомбровича в постановке патриарха польского театра, представителя старшего поколения современных режиссеров Ежи Яроцкого, создателя признанных классическими в польской традиции спектаклей по текстам Виткевича, Гомбровича и Мрожека. 

Ежи Яроцки

Ежи Яроцки

Спектакль «Космос» будет показан в зале «Ребекка Краун» в «Театрон Иерушалаим» 10- 13 июня, 12 июня пройдет встреча зрителей с Ежи Яроцки. Варшавский народный театр – один из старейших в мире (основан в 1765 году), впервые приезжает в Израиль.

Витольд Гомбрович – один из самых выдающихся польских драматургов. «Космос» – спектакль абсурдный, полный намеков и аллюзий, непонятный, таинственный и универсальный, где каждый компонент отточен и выверен. Действие разворачивается неторопливо и непоследовательно, текст полон загадок, зрители участвуют в раскрытии тайн текста и происходящего, будучи усажены на один уровень со сценой, на одни подмостки с актерами – то текст декламирующими, то иллюстрирующими отдельные эпизоды мизансценами, четкими кадрами на фоне двух белых, покрытых кафелем стен, сходящимися в остром заточенном угле эстетики Гомбровича, создавшего космос сознания и бытия, закрутившего его в клубок виньеточных фраз на радость эстетам, на горе недоумевающим читателям или зрителям, ищущим смысл в происходящем, пытающимся уловить нить сюжета в неторопливо разворачивающемся действе – то ли хаоса, то ли космоса, то ли точно выстроенного детективного расследования, то ли полного эротизма романа. Спектакль похож на демонстрацию слайдов, каждый из которых – кадр из воспоминаний героев.

Сложный многоуровневый роман Гомбровича разложен на серию замкнутых в себе эпизодов разной длительности, которые, сплетаясь между собой, выстраиваются в очень ясную и трагичную историю несчастного семейства, увиденную глазами студента-квартиранта, влюбленного в старшую замужнюю дочь Лену.

История самоубийства мужа Лены из-за любви и ревности дана в искаженном восприятии несчастного, влюбленного и перевозбужденного мальчика Витольда, пережившего самое страшное и самое прекрасное время своей жизни. И этот внешний сюжет туго сплетен с постоянным внутренним сюжетом Гомбровича: поисками психических импульсов, творящих наш мир.

В преддверии фестиваля и в связи с «Годом Польши» в Израиле Ежи Яроцки согласился дать интервью по телефону. В день разговора этому виднейшему европейскому режиссеру исполнилось 79 лет, но энергии, желания работать, лукавства и любознательности ему не занимать.

- Тексты Гомбровича сложны, запутанны, насыщенны ассоциациями. В центре всегда фигура автора – самого Витольда. Как вы адаптировали «Космос» для спектакля, непростые тексты Гомбровича для современного театра?
- Я много раз до «Космоса» ставил пьесы Гомбровича. «Космос» – его последний роман, который я первый раз преобразовал для театра, разложив этот сложный роман на серию эпизодов разной длительности. Мне было интересно из крайне запутанного и непонятного текста создать четкий театральный рассказ, распутать клубок его текста на отдельные нити, за которыми можно проследить на сцене. Тому способствовал мой опыт в постановках пьес Гомбровича.

- Вы встречались с ним?
- Увы, нет. Хотя мои «отношения» с Гомбровичем длятся уже полвека. Когда он в 1963 году возвратился в Европу из Южной Америки, то поселился во Франции, а я тогда не мог выехать из Польши. Так что встречи мои с ним – только литературные. Может, потому самое существенное для меня в этом спектакле – сам роман. Это нелегкий, не развлекательный текст. Он абсурден, но все-таки у него есть сюжет. Гомбрович создал театр в романе – загадками и ситуациями.

- Почему зрители сидят на сцене или вернее, почему сцена опущена на уровень зрительного зала?
- В Варшавском народном театре этот спектакль идет в маленьком зале, где сцены и зал невелики, потому что мне было очень важно соотношение пространства, расстояние между актерами и зрителями, и не менее важно, чтобы зрители вблизи оценили работу художника: белые стены сценического угла, минимализм, мгновенную смену аксессуаров во время пауз-затемнений, между главами повествования, пунктир спектакля.

- Вы меняете не только предметы, но и место действия, заново строя в каждом «кадре» сцену. Это связано с двойственностью бытия-сознания, с одновременным нахождением по обе стороны зеркала? Главный герой «Космоса» (мрачновато-философского повествования, превращенного у вас в невеселую пьесу-расследование) Витольд – и участник действия, и созерцатель собственной жизни. Вы и зрителям предлагаете быть и участниками и созерцателями?
- Я предлагаю вам стать соучастниками. Есть сцены, когда предметы не меняются, а перемещаются, заставляя зрителей взглянуть на происходящее по-новому, с другого ракурса. Одна и та же история может быть рассмотрена под тысячами разными углами зрения. Положение предмета или место действия между двумя стенами очень важно, геометрия становится знаком бесконечности. Мы хотим точно передать ситуацию романа, и потому зрители почти входят в декорации, стены (облицованные белым больничным кафелем – М.Х.) обнимают зал с двух сторон. На деле на сцене – не декорации, а воссозданное пространство книги, адекватное прозе Гомбровича, его рваной стилистике, тот самый космос бытия и сознания, который стал названием романа. Это пространство так важно, что в театре хранятся два комплекта декораций – для варшавских спектаклей и для гастролей, чтобы мы могли всегда точно выстроить соотношение «сцена – зал», «актеры – публика».

- Какова цель героев – найти себя, оправдать себя, понять, что происходит в сознании, а что наяву?
- Драма разыгрывается внутри сознания героев, может, потому и сцена так похожа на белый больничный треугольник, где существуют герои – вялые, ленивые, аристократичные, ищущие и растерянные. И играющие в свои игры – в параллельное существование различных человеческих миров

- «Космос» поставлен в 2005 году, а когда вы начали ставить пьесы Гомбровича?
- Я первым (!) в мире поставил Гомбровича. Это было в 1960-м году – пьеса «Венчание», написанная им еще во время пребывания в Южной Америке в 1947-м году. Уже 50 лет, с самого начала своей творческой деятельности я занимаюсь Гомбровичем. В 1957-м году я окончил московский ГИТИС (до этого Яроцки окончил Высшую театральную школу в Кракове) и через три года поставил «Венчание» Гомбровича. Тогда он был в Польше полулегален, в государственном официальном театре его нельзя было ставить, и специально для того спектакля я создал студенческую труппу, вне Варшавы, но все равно цензура запретила спектакль после четырех представлений. Позже я много ставил Гомбровича, и не только в Польше, но и в Швейцарии, Югославии, Голландии.

Гомбрович будоражил читателя всякими дурачествами. Он вел игру, состоящую из бесконечных провокаций, и загонял читателя в угол, вынуждая его признавать самые неприятные истины. Склонный к философствованию, Гомбрович и к литературе не испытывал особого почтения. Он старался избавиться от всех правил. В «Космосе» речь идет о космосе человеческого сознания, о том самом космосе, где человек сам пролагает орбиты. Хаос событий приобретает четкий порядок. Иногда это монолог героя, разъясняющий логику событий, иногда – мизансцена. У каждого свой порядок, свой мир, свой космос.

- Вы первый раз приезжаете в Израиль?
- Я уже бывал у вас в стране, в частности, по приглашению Камерного театра, мы вели переговоры о моей работе как режиссера, но не смогли договориться. У меня немало друзей в Израиле, и я надеюсь, что они придут на наши спектакли в Иерусалиме.

Справка:

Витольд Гомбрович – польский прозаик, драматург, эссеист, гениального стилист и парадоксалист, абсурдист, автор многих новообразований. Автор гротесково-пародийных романов «Фердыдурке», «Транс-Атлантик», «Порнография», «Космос» и других, сборника рассказов «Бакакай», пьес «Ивонна, принцесса Бургундская» «Венчание» «Оперетта» и многотомного сборника эсссе – «Дневника».

Гомбрович родился 4 августа 1904 года в деревне Малошице, под городом Опатовом. Он младший ребенком в семье польского шляхтича. В 1911 году Гомбровичи переехали в Варшаву, где в 1916-1923 годах Витольд посещал католическую школу. В 1923-1926 годах он учился на юридическом факультете Варшавского университета. После кратковременного пребывания в начале 1927 года во Франции Гомбрович начал работать секретарем в Варшавском суде и писать рассказы. В конце 1933 года вышел сборник рассказов Витольда Гомбровича "Дневник периода возмужания", выпущенный за счет средств отца. Книга была высоко оценена польской критикой.
В 1938 году свет увидели его пьеса "Ивонна, принцесса Бургундская" и роман "Фердыдурке", принесший Гомбровичу широкую известность.
В августе 1939 года писатель отправился на круизном лайнере "Хробрый" в Южную Америку. Узнав о начале Второй мировой войны, Витольд Гомбрович остался в Буэнос-Айресе, где была большая польская колония. Для выпускника Варшавского университета, магистра правоведения В. Гомбровича находится место мелкого служащего в аргентинском филиале Польского банка. Аргентинский период продлился до 1961 года, за это время Гомбрович пишет пьесу "Венчание" (1947), романы "Транс-Атлантик" (1951), "Порнография" (1960), "Космос" (1963), первый вариант пьесы "Оперетта" (1958).
В 1953 году В. Гомбрович начал писать короткие эссе для парижской "Культуры", для журнала, издававшегося Польским литературным институтом. Эти заметки впоследствии сложились в трехтомный "Дневник. В 1963 году Витольд Гомбрович по приглашению Фонда Форда приехал в Западный Берлин. После интервью на радио "Свободная Европа" в Польше против писателя развертывается идеологическая кампания, и вопрос о его возвращении на родину отпадает. В 1964 году Гомбрович переезжает во Францию и обосновывается близ Ниццы, в городке Ванс. Скончался писатель 24 июля 1969 года от болезни легких.

Маша Хинич