"Шарманка" в Тель-Авиве: уникальное представление кинематических скульптур

Культура22 июля 2012 года

Если нынешним летом и в начале осени вы окажетесь в Тель-Авиве, непременно загляните в музей Эрец-Исраэль, где открылась уникальная выставка "Шарманка", прибывшая в наши жаркие широты из прохладной Шотландии.

"Шарманка" – это выставка и театр одновременно. Это неповторимый мир петербургского художника Эдуарда Берсудского, обозначаемый им как кинематический театр. Первая встреча с удивительными персонажами этого театра завораживает и повергает в шок. Вначале в полумраке павильона мы видим лишь странные сооружения, состоящие из механизмов, разнообразных предметов, фигурок людей и животных, и вовсе уж неизвестных диковинных существ. Все это подсвечено разноцветными лучами, все это пока не движется, словно ожидая прикосновения волшебной палочки.

Вдруг – одна из конструкций оживает, цветные огоньки становятся ярче, начинают крутиться колеса, фигурки движутся и пляшут в такт звучащей музыке. Открывает представление механический шарманщик, который крутит ручку музыкального ящика, отбивает такт ногой в зеленом сапоге и заунывным хриплым голосом поет: "Разлука ты, разлука, чужая сторона". Шарманщик поет, а зрители внемлют, завороженные представлением. Так продолжается 3-4 минуты, потом сооружение замирает, а эстафету принимает соседнее устройство, где разворачивается свой сюжет. Вот шевельнулась, пришла в движение "Тройка" под знакомые с детства мелодии русских романсов, после нее отправился в путь паровоз в сопровождении песни "Полюшко-поле"… Конструкции живут своей жизнью под мелодии разных эпох: здесь и Бах, и джаз, и электронная музыка.

Сооружения, представленные на выставке "Шарманка", получили название кинематов, хотя сам художник называет их скульптурами. И действительно, все конструкции, состоящие из бесчисленных мелких деталей, представляют собой единое целое, законченные образы, каждый из которых обладает неповторимой индивидуальностью.

Фото: Робин Митчелл

Эдуард Берсудский делает свои скульптуры вот уже четыре десятилетия. Как это часто бывает с творческими людьми, озаренье к нему пришло случайно. В маленькой комнате обычной питерской коммуналки он вырезал из дерева свою первую скульптуру. В какой-то момент он присоединил к фигурке электрический моторчик, и она начала двигаться, словно стала жить самостоятельной жизнью, неподвластной воле своего создателя. "Я до сих пор очень люблю смотреть, как двигаются мои скульптуры, – улыбается Эдуард. – Они работают, а я отдыхаю".

Свой кинематический театр Эдуард Берсудский назвал "Шарманкой", по названию своей первой движущейся скульптуры. К этому образу он постоянно возвращается, дополняя его фрагментами и образами других кинематов, в виде штрихов и теней. Это некая общая культурная эмблема, объединяющая его работы и сообщающая им, при всей их европейской средневековости, тему русского городского фольклора.

Фото: Робин Митчелл

Эдуард признается, что, начиная творить, он не имеет готовой идеи, она рождается уже в ходе работы. Он просто вырезает из дерева фигурки, выстраивает и комбинирует скульптуру, добавляет механизмы и на первый взгляд случайные предметы – это может быть старинная пишущая или швейная машинка, музыкальный инструмент или колокольчик. Он убежден, что во время создания кинематов им руководит некая высшая сила, а он лишь воспроизводит удивительные конструкции.

В работах Эдуарда Берсудского отчетливо видны аллюзии к различным культурам и эпохам. Но все же больше всего здесь ощутимо влияние средневековой мистики. Сам художник признается к любви к средневековью и к романской скульптуре, предшествовавшей готике. По его признанию, каждое лето вместе с женой Татьяной Жаковской он берет машину в аренду и отправляется по маленьким городам Европы – преимущественно Франции и Испании – в поисках идей и вдохновения. "Вы не поверите, что порой мы находим в старинных храмах деревушек, расположенных вдали от больших городов и туристических маршрутов, – говорит Эдуард. – художники той эпохи создавали потрясающие скульптуры и были гораздо свободнее в своем самовыражении, чем мы можем это себе представить". К подобной свободе стремится и сам художник – и вот у него появляются животные с ангельскими крыльями, диковинные существа, не похожие ни на каких литературных и фольклорных персонажей.

Фото: Робин Митчелл

Постоянный дом "Шарманки" находится в Глазго, но кинематический театр побывал уже во многих странах в Европе и за океаном. В Израиль свои скульптуры художник уже привозил 10 лет назад, тогда была создана экспозиция в Музее науки в Иерусалиме. Затем около двух лет назад кинематический театр вместе с лондонской группой "Механическое кабаре" были гостями музея Эрец-Исраэль и здесь же, в павильоне Ротшильд расположилась новая экспозиция, в которую вошли новые, еще ни разу не выставлявшиеся кинематы. С Израилем и еврейством художника связывают узы крови. Он родился в Ленинграде в еврейской семье в 1939 году. Его отец погиб на фронте во время Великой отечественной войны, а мать и брат выжили только потому, что успели эвакуироваться из блокадного Ленинграда. До того, как он сумел проявить свой уникальный художественный дар, Эдуард успел поработать электриком, шофером и рабочим на военном заводе. Долгие годы он жил в Заполярье и в родной Питер вернулся только в 1961-м, отслужив в армии.

Фото: Робин Митчелл

Его становление как художника пришлось на 60-е годы, время хрущевской "оттепели", когда художники и литераторы вдруг осознали возможность свободного творчества, возможность мимолетную и в каком-то смысле мнимую. В начале 70-х он вошел в состав культурного движения молодых питерских художников, получившего название "газоневщина". Это слово образовано от названий двух знаменитых выставок Доме культуры Газа и Доме культуры Невском. Это было не просто объединение художников, а целое культурное движение, куда входили представители многих творческих профессий – поэты, фотографы и даже коллекционеры. Тогда и состоялась судьбоносная встреча художника Эдуарда Берсудского с его будущей женой режиссером и театроведом Татьяной Жаковской. Кинематический театр, существующий уже несколько десятилетий и постоянно обновляющийся – это плод союза творческих людей, результат работы дружной команды единомышленников. В их числе его жена Татьяная Жаковская, бессменный режиссер и менеджер "Шарманки"; Сергей Жаковский, – художник по свету и технический директор, который ко всему прочему выбирает мелодии для саунтдреков; техники Робин Митчелл и Рэй Любви.

Жаркое израильское лето и школьные каникулы в самом разгаре. Проходящие в летние месяцы многочисленные выставки, представления, фестивали и конкурсы не дадут скучать ни детям, ни их родителям, а когда начнется новый учебный год, им будет что вспомнить и о чем написать в сочинении "Как я провел лето".