Январские премьеры Тель-Авива: «Ласточка» и «Отелло»

Израиль сегодня15 января 2015 года

Начало 2015 года порадовало израильских театралов сразу двумя яркими премьерами. Нынешняя зима в Израиле выдалась на удивление холодной, но, как известно, чем суровее погода, тем ярче и желанней горят огни рампы.

Незаслуженно забытая опера Джакомо Пуччини «Ласточка» (La Rondine) идет в эти дни на сцене Израильской оперы. Это произведение итальянского композитора в Израиле ставится впервые. Израильский зритель, избалованный великолепными оперными постановками классиков и современных композиторов, тем не менее ждал «Ласточку» с нетерпением. И его ожидания оправдались сполна.

По жанру «Ласточка» – комическая опера, а первоначально вообще задумывалась как оперетта, точнее, венская оперетта. Этот жанр был особенно популярен в начале прошлого века, в канун Первой мировой войны. Композитор создал оптимистическую версию гениальной оперной трагедии – «Травиаты» Джузеппе Верди: в центре сюжета молодая легкомысленная женщина, которая получила странное предсказание: в один прекрасный день она откажется от всего, что ей дорого, и улетит, подобно ласточке, в дальние края в поисках любви и счастья. Многие знатоки творчества Пуччини называют «Ласточку» самой элегантной музыкой композитора, который выступает здесь блестящим знатоком подлинной кантилены и мастером «салонного» настроения в лучших традициях венского стиля. Здесь присутствуют легкость, изящество, непринужденность и грация. Партитура оперы содержит ряд дивных арий, прекрасные хоровые части, завораживающие мелодии.

И вместе с тем, эта опера ставится достаточно редко. Возможно, виной тому довольно прохладная реакция публики на первое представление «Ласточки», состоявшееся в Монте-Карло ровно столетие назад – в 1915 году. Грациозная музыкальная комедия, представленная публике в разгар Первой мировой, никак не монтировалась в общественном сознании с военной катастрофой, в которую оказалась вовлечена вся Европа.

Столетие спустя «Ласточке» дарована новая жизнь. Постановку на израильской сцене осуществил знаменитый оперный режиссер, художественный руководитель Национальной оперы в Париже Николя Жоэль. Это не первый опыт его сотрудничества с Израильской оперой: несколько лет назад на тель-авивской сцене он поставил «Сказки Гофмана» Оффенбаха, а в июне 2015 будет ставить «Тоску» у подножия легендарной крепости Масада в Иудейской пустыне.

Исполнительниц главной партии Магды в нынешней постановке трое: израильтянка Ирина Бертман (кстати, на днях ей была вручена Премия Ландау за выдающие достижения в искусстве) и две румынские певицы – Аурелия Флориан и Анджела Георгиу.

Еще одна запоминающаяся зимняя премьера – спектакль «Отелло» театра «Гешер»

Очевидно, что ни один репертуарный театр не может обойтись без классических пьес, при этом всякое обращение к таким столпам классического театра, как Шекспир, – огромная ответственность, которую не побоялась на себя взвалить режиссер Лена Крейндлина.

Ее версия постановки «Отелло» озвучена слоганом «Любовь в черно-белых тонах». Этому соответствует минималистское сценическое решение, где преобладает черный цвет в первых, венецианских, сценах на смену которым приходят белые краски Кипра, где разворачивается дальнейшее действие. Главный сценический элемент – огромный белый парус, который превращается то в шатер, то в экран, за которым происходит часть событий, то в балдахин в финальных сценах.

И лишь ближе к середине спектакля монохромная гамма разбивается алым пятном платка, которому предстоит сыграть роль судьбоносной улики. Красному, точнее, глубокому пурпурному цвету смертельного ложа Дездемоны, отведена главная функция в финальных сценах.

Текст трагедии Шекспира впервые был переведен на иврит в 1874 году Ицхаком Залкинсоном. На израильской сцене пьеса впервые была поставлена в театре «Габима» в переводе Натана Альтермана. Впоследствии целый ряд театров поставил ее в переводе Нисима Алони. В нынешней постановке использован перевод Дори Парнаса.

В отличие от большинства мировых постановок, где Отелло представлен чернокожим, в гешеровской версии актер Мики Леон использует коричневый грим. Это решение, кстати, соответствует первоначальному замыслу драматурга. Большинство толкователей пьесы причисляли главного героя к негроидной расе из-за реплики Яго: «Как все-таки удачлив толстогубый!», хотя на самом деле мавры были арабами и берберами. Кстати, с поисками грима для главного героя в театре связан небольшой курьез. По сценическому замыслу, значительную часть сцен актер должен играть в белых одеждах, которые сильно пачкались из-за коричневого грима. Тогда был найден стойкий грим, который продержался целую неделю. Для роли это подошло, а вот для обычной жизни актера – не очень. В конце концов был найден компромиссный вариант достаточно стойкого и немаркого грима.

Подлинным открытием спектакля стала исполнительница роли Дездемоны молодая актриса Бар Саде. Ей удалось создать искренний образ юной бесхитростной девушки, чья жизнь нелепо оборвалась из-за интриг и амбиций коварного Яго, роль которого с блеском исполняет Исраэль (Саша) Демидов. Роль несчастного и простодушного лейтенанта Кассио досталась красавцу Генри Давиду, а островную куртизанку Бьянку сыграла и спела Рут Расюк.

Посмотрите промо-ролик спектакля:

Фотоиллюстрации любезно предоставлены пресс-службой Израильской оперы и театра «Гешер».

Читайте также:

Запечатленные мгновенья – выставка репортажной фотографии в Музее Эрец-Исраэль

Израильский КВН выходит на международный уровень

Легендарная «Деревушка» прощается со зрителями