Знаете ли вы иврит так, как знает его Лондон?

Культура01 февраля 2009 года

"Знаете ли вы иврит так, как знаю его я? Любите ли вы иврит так, как люблю его я? Да и вообще – знаете ли вы, что такое иврит – танахический или современный, литературный или разговорный?" – это лишь немногие вопросы, которые задает Ярон Лондон в новом сериале "Уголок иврита". 

Что такое walla на иврите, как признаваться в любви, используя богатый лексикон праотцев, и как правильно произнести буквы "хаф" и "хэт" – лишь часть из сотен тем, которые London&company, снявшая этот документальный, научно-популярный, приключенческий, заводной и веселый сериал, пытается рассмотреть и расслышать. Да и кто ныне в состоянии отличить на слух "хаф" и "хэт" – разве что только "динозавры иврита" из Академии языка, к каковым (динозаврам) причисляет себя Ярон Лондон. Подхватив по дороге на съемки еще пару знатоков уходящей натуры, то есть языка иврит, Лондон мрачно пророчествует, что древний язык, продержавшийся три тысячелетия, может вскоре исчезнуть под напором сленга, англицизмов, невежества и, главное – нежелания знать, что так свойственно современному человечеству.

Сериал, задуманный вначале как серьезное 10-серийное расследование таинства и волшебства языка (а язык-то волшебный – помню, как меня поразило музыкальное звучание слов на иврите, услышанных от засланных в заснеженную Россию еще доперестроечных эмиссаров "Сохнута") от хананейских наскальных надписей до современной литературы на иврите. Но на размах не хватило пары миллионов: сняли 6 серий в менее дидактичном ключе, чем задумали поначалу Ярон Лондон и литературный редактор Ализа Циглер, иврит знающие как мало кто другой, ценящие и стремящиеся сохранить его для потомков. На бюджет скинулись фонд "Ави Хай", 10-й канал и вездесущая компания Yes, пригласив продюсера Шулу Шпигель и молодого кинорежиссера, обладателя израильского "Оскара" Дани Сыркина, сына репатриантов из СССР 1970-х. (Дани Сыркин уже успел прославиться фильмом, показанным несколько лет назад на Иерусалимском кинофестивале – фильмом о его отце, художнике Льве Сыркине.)

На сей раз фильм получался о Яроне Лондоне и об иврите. Сначала Лондон (не город), потом Бен-Йегуда (не улица), ну а потом все по порядку, то есть по алфавиту – алеф-бету. Личность Ярона – великого телевизионного кудесника, мастера шоу, писателя, журналиста, редактора, знатока иврита – изредка заслоняет в фильме сам иврит – чудо, возрожденное Элиэзером Бен-Йегудой, относившемуся к древнему святому языку как к материалу для интереснейшего эксперимента. И эксперимент – поначалу, на первые 120 лет – удался!

Ярон Лондон – элегантный, сияющий и довольный – в вечер просмотра принимал поздравления. У собравшихся в кинозале была возможность вместе посмеяться и поплакать: наши дети, от которых по меткому выражению Эфраима Кишона, матери в Израиле учат иврит, стали его забывать.

По расхожему мнению, израильские дети 21-го века могут прочитать книгу, написанную 3000 лет назад – Тору. Несколько десятилетий назад так оно и было, действительно могли прочитать – те, кто умел читать вообще. Сейчас читать умеют все – но что и как? Сцены, снятые в школах и торговых центрах, на улицах и в парках доказывают, что возрожденный древний язык стремительно стареет, перестает быть понятным, общим, снова становится «святым языком», осовременивается и расслаивается на разговорный и литературный, молодежный и язык ультраортодоксов. Разговоры со школьниками пугают, откровения Меира Шалева озадачивают (ему не нравится упрощение иврита, но в то же время он считает, что незачем всем его знать хорошо). Что делать – не ясно, разве что снова пойти учиться.

Но не все не так мрачно: создатели фильма ко всему относятся с юмором, а к тому, кто юмор не ценит – пытаются отнестись с пониманием, как к членам Академии языка иврита, не желающим замечать, что их крепость рушится.
Мы даже не представляем, насколько важную роль в нашей жизни играют лингвисты, которые следят за чистотой литературного иврита и стараются не допустить языкового "беспредела". А такой "беспредел" существовал на заре формирования современного языка. С легкой руки Элиэзера Бен-Йегуды древние слова наделялись новым смыслом – только потому, что основоположнику нравилось звучание. Так было, например, со словом "экдах" (пистолет), которое изначально определяло красный цвет. Или со словом "хашмаль", истинное значение которого столь абстрактно, что вообще не передается в выражениях нашего реального мира. Создание Академии языка положило конец языковому произволу. И израильтяне вместо понятного слова "кассета" стали гордо говорить "калетет". Примеров деятельности Академии множество, но не меньше примеров, когда академикам не удалось справиться с улицей, и они признают свое поражение. Чудо, что такие люди – "динозавры иврита" – функционируют в современном обществе, не озабоченном правилами спряжения глаголов.

Иврит самого Ярона Лондона великолепен, красив и высок, что не мешает ему комфортно чувствовать себя в молодежном кафе и даже сочинить вместе с Йони Блохом песенку о любви, потому как вдруг выясняется, что современные израильтяне признаются в любви на армейском слэнге.

Замечательны сцены посещения Яроном радиостанций. "Решет бет": элегантный Дан Канер, в устах которого даже сводки погоды звучат музыкой сфер, носит на работе галстук – из уважения к ивриту, и точно помнит, что галстук повязывают, ботинки обувают, рубашку надевают, ну а шляпу нахлобучивают. В иврите есть эквиваленты всем этим словам, но мало кто пользуется ими в повседневной речи.

Сериал не только показывает, но и задает вопросы, дает ответы, учит и удивляет. Иврит – это единый язык или коалиция нескольких языков? Каково влияние политики на язык и языка на политиков? Неожиданно выясняется, что дети в детском саду говорят на иврите хорошо, а вот школьники в средней школе – плохо. Посередине – репатрианты и солдаты.

Кто же говорит на "настоящем" иврите? Есть еще любители и энтузиасты, знатоки и хранители. Вот что пишет по этому поводу сам Ярон Лондон в редакционной статье еженедельника Time-Out Tel-Aviv, последний выпуск которого посвящен современному ивриту: "Я больше израильтянин, чем еврей, но еще больше я ивритянин, чем израильтянин. Моя мать знала иврит лучше, чем я. Именно благодаря ей я выучил грамматику иврита, хотя с собой из Литвы она привезла книги Гете. Она могла поссориться со мной из-за неправильного рода числительного. Я убегал от матери, когда она сердилась, но унаследовал ее любовь к ивриту и языковую нервозность. Когда я слушаю радио, я шлю факсы в управление вещания. Когда я смотрю телевизор, мне хочется его разбить. Когда я читаю субтитры фильмов, я впадаю в шок. Я просматриваю пять газет в день и тут же звоню редакторам. Но ничего не помогает – иврит меняется". Хорошо это или плохо – на это вопрос авторы фильма ответить не могут, да и стоит ли бороться со стихией? Может просто пережить бурю в тиши Академии?

"Ярон Лондон: уголок иврита" начинает транслироваться на канале Yes Docu с 4 февраля по средам в 21.30.

Маша Хинич